banner_gore-680x220
В Красногоровке нас не ждали. Никто не надеялся, что после 12-часового обстрела из градов и минометов кто-то сможет сюда прорваться. Мы тоже в это не верили. Каждому было ясно, что военные скажут «НЕЛЬЗЯ!» и на опасную территорию не пропустят… Хватало роликов в интернете, чтобы понять – в город не проскочить, не просочиться. Горит больница… Горит школа… Горят дома в частном секторе… Дыры от снарядов в стенах многоэтажек…

Не знаю, какими молитвами жителей Красногоровки, словами или какой силою Галина Юрьевна Кучер убедила военных, что нам туда нужно. Убедила! Уговорила! Изредка я слышал только обрывки ее фраз:

— Там наши друзья… Старики… Дети… Никто не отвечает на звонки… От них нет ни полслова в интернете… У нас хлеб, лекарства…
Понимаю военных, которые не хотят рисковать жизнями волонтеров, просто и ясно объясняют, что у нас в голове вместо мозгов, и отворачиваются. Но и среди них люди разные. Наш «караван» из двух набитых продуктами бусов все-таки повели. Не по тем дорогам, к которым мы давно привыкли: через Марьинку, где были тяжелые бои, сейчас не проехать. Ехали как-то… Куски разбитых дорог, пыльные грунтовки, узкие проселки, о которых знают разве что местные селяне. Пару раз мы останавливались, чтобы уточнить – не сбились ли с пути? Камыши, наполовину высохшие озера… Пустые дома на окраине… И вот он – город, куда уже почти год сотрудники Ассоциации милосердия «Еммануил» ездят по несколько раз в месяц. Война подарила нам здесь друзей, многие из которых теперь ближе родственников. Так хочется их увидеть. Живыми…

Тихо. Жарко. Огня нигде не видно, но… пахнет гарью. На улицах люди только изредка. На площади перед церковью никого. Наши машины остановились у широких церковных ступеней, и невольно подумалось – наверное, люди по домам, не рискуют, держатся ближе к погребам и подвалам. И тут открылась дверь…

Мы обнимались совсем не так, как раньше. Не так, как месяц или два назад. Даже не так, как в феврале, хотя в морозы без отопления и электричества жителям Красногоровки было очень тяжело. Было заметно, что каждый хочет прижать тебя чуть крепче и задержать на секунду дольше. Улыбаются, говорят какие-то слова, хлопают друг друга по спине, но видно, что встреча особенная, драгоценная. Никто этого сразу не сказал, но в глазах людей было видно – спасибо вам… Спасибо, что приехали… Даже не за хлеб, не за лекарства… Спасибо, что просто приехали! Именно сегодня… Сейчас… Когда… плитою навалился страх.

Жители Красногоровки

Им надо было высказаться, отдать кому-то то, что комом стало в сердце. С разных сторон звучало:

— Тут все гудело… Гремело… Тряслось… Пятиэтажки аж подпрыгивали… Представляешь, я бежала по улице, а на соседней рвались грады и будто гнались за мною… Дети бегали под бомбежкой, искали родителей… Станция скорой помощи сгорела… Целый день в погребе, на улицу даже нос не высунешь… Такого у нас еще не было…
Они могут рассказывать об этом не один день. Будут рассказывать об этом через годы. Это тысячу раз приснится и поднимет с постели… Разве кто-то может забыть тот грохот и страх? Но сейчас… нам нужно разгрузить продуктовые наборы, раздать людям хлеб, потому что военные торопят. Едем к брошенному магазину, который здесь давно уже стал христианским пунктом социальной помощи. Непривычно видеть, что у магазина ни души. Нас здесь всегда ожидали сотни людей…

Надеемся, что хлеб наши местные помощники раздадут потом, начинаем разгрузку, но… вот идут двое мужчин… Вон через сквер бежит старичок… Вот на дороге кто-то притормозил на жигуленке… Один за другим с разных сторон стали появляться люди. Жители Красногоровки, некоторые женщины подходили и тут же срывались на слезы.
img_0539
— Не разгружаемся, — твердо сказала Галина Юрьевна. – Будем раздавать хлеб прямо на улицах. Едем в районы, которые пострадали от обстрела больше всего. Идите вдоль домов, кричите, зовите, давайте хлеб, разговаривайте, обнимайте…
Неделю назад полторы тысячи буханок хлеба у нас размели бы за полчаса. На этот раз ушло… несколько часов. Несколько часов, о которых я никогда не хотел бы вспоминать, и которые… никогда не забуду. Бабушки, женщины, дети… Идущая с кладбища процессия (вчера этот мужчина только погиб от осколков снаряда, а сегодня уже похоронили)… Сгоревшие дома… Дым, который еще поднимается над пепелищами… Обгоревшие остовы труб, где еще вчера была крыша… Мужчина, который тачкой вывозит в яму бетонные куски… собственного дома… Трехлапая собака… Тетя Вера, которая под бомбежкой так ярко вспомнила, как в августе прошлого года осколки здесь же, в Красногоровке, оборвали жизнь ее сына… Словом, жители Красногоровки, каждый имеет свою личную историю трагедии.
img_0529
Мы шли по улицам, а вокруг большими белыми кругами цвела бузина. Знаете, чем пахнет этот цвет? Наклонитесь, вдохните… Может, у вас на улице бузина пахнет сладким терпким ароматом. В Красногоровке она пахнет… пеплом. Не забудьте об этом.

Не вздумайте забыть, что в Украине стреляют пушки и гибнут люди. Не вздумайте забыть, как в подвале, упираясь лицом в мамкин живот, кричат и плачут от страха дети. Не позвольте себе забыть, что кому-то сейчас очень нужно наше с вами простое человеческое участие, булка хлеба, стакан постного масла, горсть крупы… И не устаньте молиться о том, чтобы закончилась война. Однако сегодня Красногоровке нужна помощь — и Вы можете помочь!

Геннадий НОВИКОВ, пресс-служба Ассоциации «Еммануил»

Напоминаем, что сотрудники Ассоциации милосердия «Еммануил» продолжают помогать жителям юго-востока Украины. Пакеты с теплой одеждой и продуктами вы можете принести к нам по адресу: Киев, ул. Красноармейская, 131-А и оставить работникам охраны. Таким образом происходит сбор помощи юго востоку Украины самым простым способом. Также Вы можете оказать помощь беженцам юго-востока Украины, оказав финансовую поддержку.

Перечислить финансовую поддержку вы можете на нашем сайте.

ПОМОЧЬ

cards